Как американские и российские журналисты освещают допинговые скандалы: свои и друг друга

Грибы. Алкоголь. Бычья кровь и яички.

Использование запрещенных препаратов, повышающих результативность, в качестве формы мошенничества в спорте было зафиксировано еще на античных Олимпийских играх. И даже тогда применение повышающих результативность веществ «нарушало правила соревнований и каралось публичным осуждением, штрафами и дисквалификацией», как пишет Маттиас Камбер в статье 2011 года в журнале «Forensic Science International». К 19 веку спортсмены перешли на другие вещества. В книге Барри Хулихана «Умереть, чтобы победить: Допинг в спорте и развитие антидопинговой политики» 2002 года упоминаются кофеин, нитроглицерин и опиум. Массовое распространение допинга возрасло после Второй мировой войны, когда стало проще создавать запрещенные вещества в больших количествах. «Несколько смертельных случаев на соревнованиях поспособствовали пониманию того, что с применением допинга в спорте нужно что-то делать не только из соображений честной игры, но и с целью защиты здоровья участников», - сказал Камбер. Всемирное антидопинговое агентство было создано в 1999 году на волне скандала, связанного с делом команды Festina, для осуществления всемирного надзора за применением допинга в спорте.

Однако мир спорта по-прежнему кишит спортивными скандалами, связанными с применением запрещенных препаратов. И журналисты продолжают расследовать эти скандалы в поисках лучших способов освещения и исследования этой сложной интернациональной проблемы.

Сегодня на конференции «Play the Game» в Оденсе, Дания, я представила результаты работы, написанной в соавторстве с Дженнифер Харкер, доктором философии, в которой мы с доктором Харкер проанализировали, как американские и российские журналисты освещали допинговые скандалы спортсменов из своей и другой страны после того, как спортсмен отрицал употребление повышающих результативность веществ. В частности, мы рассмотрели, как американские и российские журналисты преподносили допинговые скандалы: как отдельные, эпизодические инциденты или как более крупные, комплексные тематические проблемы. Это было важно, поскольку интерпретация аудиторией проблемы или события в значительной степени основана на новостных фреймах, которые журналисты используют при подготовке и создании своего контента. Согласно главе Уильяма А. Гэмсона и Андре Модильяни, опубликованной в 1987 году в серии книг «Исследования в области политической социологии», фрейм — это «центральная организующая идея или сюжетная линия, которая придает смысл разворачивающейся полосе событий». Фреймы подобны линзам, через которые мы можем взглянуть на проблему и оценить ее составляющие и последствия. В журналистских исследованиях существуют два основных фрейма - эпизодический и тематический. Эпизодические фреймы описывают эпизоды и рассматривают вопросы как отдельные случаи или конкретные события, как это объяснил Шанто Айенгар в своей книге 1991 года «Несет ли кто-нибудь ответственность? Как телевидение освещает политические вопросы». Часто это происходит через призму личного повествования человека. Тематические фреймы, напротив, сосредоточены на широте охвата и общей информации. Они включают в себя множество переменных, которые повлияли на ситуацию или инцидент. Согласно статье Шейлы А. Спрингер и Джейка Харвуда, опубликованной в 2015 году в журнале «Human Communication Research», посредством тематических новостей проблемы представляются как коллективные вопросы, часто с решениями на уровне правительства и/или общества.

В данном исследовании мы с доктором Харкер проанализировали 422 англоязычные американские и русскоязычные российские новостные статьи и записи телепередач, опубликованные или вышедшие в эфир в период с 1 августа 2012 года по 30 августа 2013 года и со 2 августа 2015 года по 29 августа 2016 года соответственно. Около 57,9% статей были посвящены российским спортсменам, 38,3% - американским, а 3,8% - как американским, так и российским спортсменам. Около 18,8% статей в выборке были посвящены допингу в бейсболе, 13,1% - легкой атлетике и 8,8% - велоспорту.

Мы обнаружили, что, несмотря на то, что российские и американские журналисты являются представителями совершенно разных медиасистем, в вопросе использования ими эпизодических и тематических фреймов на первый взгляд отличия были не столь очевидны. Однако, когда мы отследили национальную принадлежность спортсменов или команд, освещаемых журналистами, были выявлены существенные статистические различия. При освещении российских спортсменов или команд как российские, так и американские журналисты излагали истории о допинге в тематическом ключе, представляя допинг как коллективную проблему, часто с решениями на государственном уровне. Однако, когда речь шла об американских спортсменах или командах, как российские, так и американские журналисты освещали допинг более эпизодическим образом, представляя скандал как отдельную проблему, характерную только для того спортсмена, которого обвинили в применении допинга [и который отрицает данный факт]. Другими словами, когда речь шла о российском допинге, вина возлагалась на российское общество и/или российское правительство. Но когда речь шла об американском спортсмене, виноват был отдельный американский спортсмен. И это независимо от того, был журналист русским или американцем. Стоит отметить, что выборка охватывала 2012-13 и 2015-16 годы – время до того, как в 2016 году в результате расследования ВАДА под руководством Роберта Макларена «при отсутствии обоснованного сомнения» было заключено, что Российское антидопинговое агентство, Министерство спорта Российской Федерации и Федеральная служба безопасности России действовали с целью "защиты принимавших допинг российских спортсменов".

Помимо эпизодических и тематических, мы также изучили наличие фреймов кризисной коммуникации и роль отрицания в формировании у журналистов враждебной позиции. Полная версия исследования опубликована в журнале «International Journal of Sport Communication» и доступна по ссылке https://journals.humankinetics.com/view/journals/ijsc/aop/article-10.1123-ijsc.2022-0058/article-10.1123-ijsc.2022-0058.xml


Переведено Анной Сердюковой

For a English-language version of this blog post, click here.